?

Log in

No account? Create an account
Ольга Афраймович
01 Март 2018 @ 01:01
так близко и дерзко что можно измерить накал
спокойный надрез ювелирная точность глотка
ко дну так ко дну и к черту неравный бой
я тону я праздную захлебываюсь собой
allegro con moto солирует виолончель
да мы дирижёры штормов генералы речей
и морем жующим камни и корабли
нас никто не крестил мы сами в него вошли
крути жерновами бросай всех морских собак
на горло немого (да есть у меня табак!)
и пусть он светится клеймом на солёной губе
изысканный день безупречной любви к себе

сороконожка взлетит разбивая стекло
отрезавший руку отдаст дармовое тепло
немого откроют и кровь закричит в темноте
ах полно до чуда каких-то тринадцать смертей
не падать на поручни по сторонам не смотреть
того что ты хочешь здесь все разучились хотеть
отращивай музыку пей ешь молись пропадай
с радаров системы из рук выкупающих рай
vivace con brio под тяжестью крыльев скуля
безрукой богиней пиратом без корабля
и пусть он стоит маяком океану скорбей
бессмысленный день безупречной любви к себе

non stretto маэстро соната стучит у виска
отстань от себя говорю не тяни не толкай
не тронь пуповины не перекрывай кислород
в руках ювелира сегодня никто не умрет
ты медленный опыт вокзал и вокзальная тень
космический узел любви в небольшом животе
в который из дней полетит мотылек все равно
мы морем выпитым чокнутые давно
за страсти эпохи готовности номер один
за troppo prestissimo и никого впереди
за тех кто очнулся и тех кто уже отпел
за прожитый день безупречной любви к себе
 
 
Ольга Афраймович

Жене Тидеман

1. Возвращение магии

Нитки белые, нитки золотые, сердечные изумрудно-зеленые и бирюзовые, синего голоса незабытого неба, осеннего вкуса спелой души, напоминаний строгого фиолетового, с саркастическим отливом маджента и нежностью солнечного ветра... Незапятнанная поверхность холста так и просится в нетерпение пальцев. Мысль забегает далеко вперед, ищет привычные опоры для проявления формы и падает с обрыва — а далее ничего, лишь потоки плазмы, веселый танец влюбленных энергий. Океан волшебства в ожидании повелений. Спешка, жажда, дрожь иллюзорных клеток, ужас ошибки. Больше не запутать ни одной нитки, не застрять ни в одной из историй. Не потревожить усилием чистую музыку дыхания.

Удовлетворенность воздуха, создавая выражения, не лишает их своей любви, но выражения могут забыть удовлетворенность. Ужас, говорят они, как же мы сможем строить, если ты забрала нашу твердость? Как станем танцевать, если ты отняла одежду? Как восхитимся красотой, если ты ослепила глаза? — Нет-нет, никакого напряжения. Не запутай нитки, принцесса. Каждому яблочку свой срок, у каждого стежка своя роль.

А впрочем — путай на здоровье, ниток у нас много. Сколько захочешь.

2-4Свернуть )

 
 
Ольга Афраймович

Игра в камушки

(предисловие)

«Когда-нибудь я напишу себе книгу» — скажешь ты себе давным-давно или в далеком будущем — а впрочем, не все ли равно, в какой именно точке времени? Книги создают себя сами из вертикального вещества. Вневременная рука Мастера бросает горсть камней, они рассыпаются в произвольном порядке по горизонтали времени, сохраняя свои магнитные связи друг с другом и целостность замысла. Если вовремя собрать камни, получится книга. Или цикл стихов. Или цикл циклов. Или одна единственная песня. Баловство, ненужная дерзость, неоправданная блажь, игра Мастера. Если повезет, эту книгу сможет кто-нибудь прочитать. Но это не так важно. Важно то, что настоящие рукописи не горят — они оказываются нами.

Один из самых бесполезных споров — спор о том, является ли текст «продуктом», имеющим смысл лишь в случае наличия «потребителя». Он никогда ничем не кончается — ведь спорщики, как правило, находятся в разных пространствах, в которых за аксиому принимается почти несовместимое мироощущение. В одном пространстве «потребитель» есть, он реален, современен, физически достижим — он может «потреблять или отказать», а значит диктовать свои условия игры. Это ловушка горизонтального времени. Оно уходит, унося за собой свои «шедевры», как река, поднимаясь, уносит мусор с берегов... В другом — «потребителя» просто нет, есть Читатель — и он существует на правах «лирического героя» — а значит, удостоен права быть, понимать, соучаствовать, даже требовать понимания и соучастия... но этот диалог происходит на других условиях, на равных, вне рынка, здесь торг неуместен, как в бредовом порой разговоре влюбленных... которых даже время не разделяет, а соединяет. Это ловушка вертикального времени. Оно никогда никуда не уходит...

Горизонтальные люди говорят, что познание это такой постепенный трудный процесс — ты сначала нащупываешь веревку, даже еще не зная, что это называется веревкой, потом какой-то вроде-бы-столб и прочие непонятные штуки — и если повезет, к концу своей нелепой жизни тебя осенит, что это не отдельные штуки, а одна целая штука, и называется она слон. И что здесь никогда не было темно. Чаще всего на это уходят тысячи жизней, в которых ты умираешь, так и не увидев слона. Ну мало ли что говорят... У нас же всё не как у людей. Ты входишь в определенную точку времени и сразу торопишься сообщить — вот он, слон. Большой и прекрасный. Но не успеваешь, поскольку на языках здешних говорить еще не обучен. Или никто еще не научился говорить на твоих? И начинается кошмар — ну, обучение распознаванию веревок и столбов, скука смертная, сами знаете.

Время от времени ты бросаешь еще один влюбленный взгляд в свой каменный сад. Ты смотришь в него — он смотрит в тебя. Совершенно некуда спешить. Совершенно нечего делать. Все совершенно. Уже. Когда-нибудь вы станете единым целым и некому будет смотреть. Но пока есть время...

Читать всю главу (1-13)Свернуть )

 
 
Ольга Афраймович
10 Сентябрь 2017 @ 22:12
Людмиле Хуснутдиновой

на улице ку сирена
хорошо покупать сигареты
в свете
нового года или короткого лета
и на мячковском рай
и на улице алабяна
горькую пьют до утра
не бывая пьяны

вот видишь
время топталось с нами
целую вечность
на праздничных улицах
на наших сияющих лицах
нас не достало
утомилось само
а там и совсем ушло

забрало с собой суды
горечь несбывшегося
хорошевского шоссе причал
и улицу куусинена
где дух стоял
на отбитых нами коленях
не превозмогал испуг
и возрастал на страсти
настоянной на нечеловеческой скуке
вот мука
ноет плечо не развернуть крыла
уж больно мал человек
уж больно Москва мала
не дарительница
потребительница
потрепательница
мелкими сотами жужжит режется

не снисходя на звук жужелицы
добрав все участи до последних капель
ложишься в поля безбрежности
вечной труженицей
звездой одного экрана
в праздничном золотом
кому бы еще так спать небесно
и так легко просыпаться юной
ни бессонницы
ни сожалений о вынесенном

ни мгновения мелочности
 
 
Ольга Афраймович
10 Сентябрь 2017 @ 22:09
Жене Тидеман

когда выбираешь проваливаться между мгновениями
по дороге из несущественного пункта А
к совершенно незначимому пункту Б
готовишься видеть рядом с собой пустыню
а не живое присутствие
оно и понятно
какой идиот будет странствовать между пунктами
без малейшей иллюзии достижения
в усталости уже от самого неделания путешествия
и рассчитывать на восхищение зрителя

добро пожаловать в гетто дружок
декорации немного осыпались надпись закрашена
но мы-то с тобой умеем творить между строк
эти странные иероглифы-приглашения
и вписывать их невидимыми чернилами
на заборах заброшенных военных городков
правда красиво? кто если не ты
увидит романтику в заштопанном кинофильме
ужаса и торжества

одна восхищенная вертикаль прошепчет другой
какая красивая смерть
другая ответит
но неделание так утомительно
и обе уставятся в самое хмурое небо
на всей бесполезной территории чуда
споря лишь о сомнительности удовольствия от того
насколько холоден
вольный ветер передовой
 
 
 
Ольга Афраймович
Нас тошнит от Февраля, который, по нашему убеждению, несет ответственность
не только за этот сезон беспросветной серости и снега, но и за конец полета.
Джонс Шейн «Остаемся зимовать»

и я иду за грехом
и покупаю на всех
Алексей Самолёт "Собак"

ты приходишь в город лечить полёт
ты рисуешь змея и шепчешь shit
твой голодный праздник провальный лот
сообща положивший себя на щит

всё пропахло мятой пробито мхом
ничего я теперь за грехом вуаля
voila une belle mort я еще огого
для семь тыщ трехсотого февраля

татуировщик выколи колокольчик
раз такая хула пали дотла
и танцуй как хочешь но прочь прочь
от вселенской очереди к столам

от лекарства что сослепу тянут в рот
что им в хлеб кладут и мешают в спирт
впрочем что теперь градус и тот не берёт
я рисую птицу не спи не спи

ядовитый как натрия б*ть сульфит
проявитель солнц отдаешь на все
заливаешь глаз и влетаешь в лифт
до космической станции номер семь

ты как будто здесь и почти готов
на земной полёт и небесный вкус
на сожжение идолов и крестов
и гори-гори говорящий куст

ветеранам соль новичкам воды
я хоопонопоно для новой звезды
я шипящее гласное смертный брют
SRI SK благодарю

мошкара на кровь мотыльки на свет
в кадре асексуальное божество
а за кадром бездельник шаман поэт
управитель праздника своего

на хрена им взрывы амберских строф
наше лето выжженных изнутри
здесь не видят этих больших костров
но корят несчастны поводыри

повторяешь господи не могу
только ляжешь в печь и опять зима

оставляешь праздник лежать в снегу
и горячим горлом выходишь в май

ветеранам вон новичкам по вере
я хоопонопоно для каждой двери
я шипящее гласное смертный брют
DR DX благодарю

выживание сложит по февралю
из блестящих вех с ледяных дорог
человек-перекресток задраил люк
человек-перекресток себя сберег

CUL 73 нечего беречь
на молчащий оконный узор дыша
переводишь сигнальные старых встреч
в я не сплю я рисую воздушный шар

в 88 ты падаешь с облаков
в новый город вылюбленный с нуля
на счета невостребованных грехов
в пенсионном фонде убийц февраля

высокозаряженным НЛО
сотворцом миров на краю ума
и с рукой прозрачной на горле слов
обнаженной речью выходишь в май

Дом для поэтов, ч.2. Метки
________________________________________________________________________________________

«Voilà une belle mort» — «Какая красивая смерть» (сказал Наполеон, глядя на Болконского).

Натрия сульфит — сильный восстановитель. Применяется как компонент фиксажей и проявителей в фотографии, для удаления следов хлора после отбеливания тканей, в производстве пестицидов, для обезвреживания сточных вод и пр.

Хо’опонопоно — древний гавайский метод исцеления, решения проблем и приведения в равновесие из принципа «мир начинается с меня».
Хула — древний гавайский танец священного, обрядового характера. В переводе означает «разжигание священного огня».

Далее кодовые выражения радиожаргона:
SRI (sorry) — извините.
SK (stop keying) — конец связи. Кроме того, так говорят об умерших радиолюбителях (расшифровывается как silent key — умолкший ключ).
DR (dear) — дорогой.
DX (distant) — дальний корреспондент.
CUL (see you later) — встретимся позже.
73 — наилучшие пожелания.
88 — любовь и поцелуй.
 
 
Ольга Афраймович
 

20 января. Квартирник у Саши Трубихиной. М. Преображенская площадь, 15 минут пешком или 3 остановки транспортом. Записаться на квартирник и узнать точный адрес можно по телефону 8-903-784-51-92 или обратиться в личку к Александре Трубихиной.
Сбор гостей в 19-00, начало в 19-30.
Шляпный сбор.
Встреча в контакте: https://vk.com/diana_olga
 
 
Ольга Афраймович
18 Август 2016 @ 00:19
я это ты
от первого камня
до змеиного шепота сдайся
все расцветает по воле моей
с математической точностью
на сворачивающейся в точку
карте времени и пространства
с непостижимо прекрасной
логикой спящих чудес

ты это я
от первого отрицания страсти
до павшего в ноги земли
смирения перед ней
страсть никогда не кончалась
не покидала пустыни
не заискивала ответа
не умствовала вопросом
не отвечала насилием на простой

я это я
расплавленный собственной нежностью
окаменевший в веках
или
замороженный лишь на мгновение
в кристалле льда
страх последнего камня
недолгий рассказ о любви
и несуществующей смерти

просивший о чистой воде
оказавшийся чистой водой
молчащий о творящем огне
живущий творящим огнем
вечный немой
сказавший
работа страсти окончена
осталось одно искусство
Метки:
 
 
Музыка: Е. Логвинова, В. Строчков - "Склоны"
 
 
Ольга Афраймович


Фестиваль «Тридцать второе полнолуние» пройдет впервые 27-28 февраля в помощь Сергею Труханову в НИЖНЕМ ЗАЛЕ Олд Таун Бара. В фестивале примут участие: Сергей Труханов, Ксения Полтева и Григорий Данской, Роман Филиппов, Татьяна Королева, Мария Кигель и Дмитрий Плахов, Ольга Афраймович, Левон Бадалян, Елена Куликова, Сергей Выборов, Полина Ефименко, Павел Ерохин, Юлия Тузова, Елена Борок, Дмитрий Коломенский, Мария Збандут, Дмитрий Белоцерковский, Евгения Тидеман, проект Jazzик, Ирина Курочкина, Михаил Грайфер, Татьяна Сас, группы «Ключевое слово», «Ольха», «Железные птицы», «Демоны Анны», «ТеАтР ОдНоГо ВаХтЁрА», «Чересказань» и, может быть, кто-то еще!

Вход и выход в любое время фестиваля, благотворительный взнос от 300 рублей на шляпу. Можно приобрести электронный билет на фестиваль: https://32-fullmoon.timepad.ru/event/294080/ - цена выбранного вами билета зависит от времени, проведенного на фестивале, и от вашего желания помочь. Все средства, собранные на концерте и от продажи электронных билетов, будут переданы Сергею Труханову на лечение.
Сергей Труханов примет участие в программе, если позволит здоровье. Официальная страница сбора средств и медицинские подробности: http://www.serge-t.ru/


Адрес: м.Библиотека им.Ленина, Староваганьковский переулок 19 стр.3
Встреча в контакте.
Встреча на фейсбуке.
 
 
Музыка: Сергей Труханов, ст. Ольги Родионовой - "Китай" (Колокольчик)